Хотелось бы отметить два политических аспекта этой акции. Во-первых, данная история заставила заговорить о перспективах подмосковного губернатора Бориса Громова. Некоторые СМИ считают, что события в Химках могут ускорить его отставку. Однако в этом можно усомниться. Пока большинство губернаторов, в регионах которых прошли радикальные акции социального протеста, сохранили свои должности. Можно вспомнить главу Ленинградской области Валерия Сердюкова, для которого события в Пикалево в мае 2009 года так и не стали роковыми. Или Сергея Дарькина, который после громких вступлений автомобилистов в конце 2008 года (сопровождавшихся требованием отставки Владимира Путина) год спустя был переназначен на очередной губернаторский срок и пребывает в своей должности до сих пор.

Если что-то и приближает отставку Громова, то это пребывание его в должности третий срок подряд. Лишь четверо губернаторов-"старожилов» прошли переутверждение в должности за истекший политический сезон, зато 16 лишилось своих постов. Но срок полномочий Бориса Громова истекает в мае 2012 года. Будет ли Кремль добиваться его досрочной отставки? Дело в том, что на вероятность смены губернатора влияет баланс двух факторов — насколько он контролирует ситуацию в регионе и какова степень сложности управления данной территорией. Сегодня большинство муниципальных образований Подмосковья возглавляют люди, близкие к губернатору. Многие из них — члены возглавляемой им организации «Боевое братство». Вертикаль региональной власти выстроена достаточно прочно (несмотря на периодически происходящие в области предвыборные скандалы). Новый губернатор, скорее всего, будет старую команду муниципальных управленцев менять (особенно учитывая влияние властей муниципального уровня на очень важный для экономических отношений в регионе земельный вопрос). Учитывая, что главы муниципальных администраций в регионе обычно избираются, этот процесс будет длительным, трудоемким и плохо отразиться на ситуации в области. С другой стороны, опыт как муниципальных, так и федеральных избирательных кампаний показывает, что многие города области становятся проблемными точками для «Единой России», часто порождая серьезные скандалы. Кто-то должен будет разрешать эти проблемы и фактически взять на себя часть ответственности за подобные эксцессы в 2011–2012 годах. Возможно, в этой ситуации федеральный центр как раз отсрочит замену подмосковного губернатора.

Во-вторых, как я и прогнозировал несколько лет назад, представители неформального политического течение антифа расширяют рамки своей деятельности. В дальнейшем они, скорее всего, все меньше будут ограничиваться противостоянием с радикальными националистами, обращаясь и к более широкой социальной тематике. Конечно, идеологическая пестрота (к антифа примыкают люди с самыми разными взглядами — от леворадикалов до либералов) и организационная раздробленность (множество автономных групп вместо единого центра) могут ослаблять данное течение. Однако они же придают ему гибкости. Поэтому антифа, очень вероятно, будут становиться все более заметным фактором на левом фланге несистемной оппозиции.