Россия пошла на максимум уступок при подписании этого договора. Но есть такое выражение — обратной дороги уже нет. И если США не подпишут этот договор, то Россия будет вынуждена обеспечивать свою национальную безопасность в том числе и созданием новых средств ракетного воздействия на потенциального агрессора. Мне кажется, это последняя попытка обращения к американской общественности. Все-таки надо сделать так, чтобы здравый смысл победил. Гонка вооружений в условиях мирового кризиса не нужна ни России, ни США

Безусловно, мы внимательно отслеживаем параллельные процессы в Конгрессе США. Мы ценим решимость и президента, и госсекретаря, и министра обороны, других сотрудников администрации в продвижении своей аргументации в пользу ратификации этого договора. Мы чувствуем, что администрация искренне старается свою часть работы выполнить честно и эффективно. Вызывают сожаление попытки в Конгрессе использовать тему ратификации договора во внутриполитических целях. И если ситуация с ратификацией будет искусственно затягиваться, я думаю, это никому не принесет пользы. Договор нужен всем. Он выверен во всех аспектах. Он абсолютно паритетный. И мы рассчитываем, что Конгресс США проявит ответственность за судьбы мира. Те, от кого зависит результат голосования, должны эту ответственность в полной мере осознать. Надеюсь, что так оно и будет.

Что касается оценки внешнеполитической ситуации и вопросов международной безопасности, я думаю, что здесь и выступление Медведева, и интервью Путина демонстрируют единство подходов, оценок, которые существуют у российского руководства в отношении этой ситуации.

Россия готова совместно с заинтересованными государствами работать над укреплением механизмов противодействия ракетному распространению. Недавно на саммите Россия-НАТО в Лиссабоне я поделился своими соображениями о формировании возможной архитектуры европейской ПРО, которая сопрягает потенциалы России и Североатлантического альянса и обеспечивает защиту всех стран Европы от ракетных ударов. Уже дан старт совместной проработке всего комплекса связанных с этим вопросов. Это, безусловно, позитивное развитие. Но в этом зале я хотел бы открыто сказать, что в ближайшее десятилетие нас ждёт следующая альтернатива: или мы достигнем согласия по противоракетной обороне и создадим полноценный совместный механизм сотрудничества, или же (если нам не удастся выйти на конструктивную договорённость) начнётся новый виток гонки вооружений. И нам придётся принимать решение о размещении новых ударных средств. Совершенно очевидно, что этот сценарий был бы очень тяжёлым.

В Лиссабоне были приняты решения о выстраивании современного партнёрства — партнёрства, основанного на принципах неделимости безопасности, взаимного доверия, транспарентности и предсказуемости. Мы определились, как мы будем работать и над созданием единого пространства мира и безопасности в Евроатлантике. Это позволяет с оптимизмом, осторожным оптимизмом во всяком случае, оценивать и перспективы работы над российской инициативой Договора о европейской безопасности.

Если на наши предложения будут даны только отрицательные ответы и, более того, возле наших границ появится дополнительная угроза в виде нового варианта третьего позиционного района, то Россия просто обязана будет обеспечивать свою безопасность разными способами: устанавливать новые ударные комплексы против новых угроз, которые будут создаваться возле наших границ, создавать новые средства ракетно-ядерной техники. Это не наш выбор, мы этого не хотим. И это никакая не угроза, мы просто говорим о том, что нас всех ожидает, если мы не сможем договориться о совместной работе. Вот и все. Повторяю, нам бы этого очень не хотелось.

Я хочу, чтобы Вы знали и знал весь американский народ. Во всяком случае, та его часть, которая будет слушать нашу программу. Ведь не мы выдвигаем ракеты к вашей территории, а вы планируете поставить ракеты возле нашей территории, возле наших границ. Нам говорят, что мы это сделаем, то есть вы это делаете для того, чтобы обезопасить себя, допустим, от иранской ядерной угрозы. Но такой угрозы пока не существует. А если системы радаров и антиракет будут размещены возле нашей границы, даже в 2015 году, они будут работать против нашего ядерного потенциала. И это нас, конечно, беспокоит. И мы обязаны будем какие-то ответные меры предпринимать. Речь идет об ответных мерах, а не о первых шагах.

И в Лиссабоне Президент Медведев сделал конкретные предложения, которые заключаются в том, чтобы часть ответственности за обеспечение безопасности в Европе взяло на себя НАТО, а часть ответственности — общей ответственности — взяла бы на себя Россия. Причем, мы могли бы договориться с НАТО, а значит, читай с Соединенными Штатами, об обмене информацией, об общем управлении этими системами. Военные специалисты обо всем могут договориться, если на то будет добрая воля. Но если нам тупо будут говорить: «Мы не хотим считаться с вашими интересами, мы будем делать то, что мы хотим», — а мы будем рассматривать это как угрозу для себя, мы будем вынуждены как-то реагировать на это. Я хочу, чтобы американская общественность услышала об этом.