Структурно экономики Советского Союза и России все-таки отличаются. Доля импорта в СССР была существенно меньше. С одной стороны, это приводило к дефициту, с другой — существовало собственное производство одежды и потребительских товаров. Российская же экономика, напротив, зависима от импорта. Но беспокойство Авена можно понять, главными характеристиками российской экономики, как и в советское время, остаются неэффективность производств и деградация, связанная с коррупцией и низким уровнем конкуренции.

Мы действительно все больше централизуемся, зависим от нефти и государственного регулирования. Сегодняшняя экономика во многом государственная, развивается по ресурсной модели, ее основу составляют 40-50 сырьевых компаний. А запланированное повышение ЕСН способно добить многие производства.

Авен, безусловно, прекрасный экономист, но всего лишь высказал свою точку зрения.

Проблемы с конкуренцией в стране существуют, но они некритичны. Когда же в кризис государство увеличивало участие в экономике, спасая компании и банки, ни у кого это не вызывало нареканий.

Петр Олегович имеет в стране успешный бизнес, этот бизнес, как мы знаем, развивается, значит, все не так страшно.

Высокие социальные расходы бюджета — мера, вызывающая дискуссию не только у экспертов, но и в правительстве, но социальная ориентированность бюджетных расходов была и остается главным приоритетом правительства Владимира Путина.

Так и есть. Нынешняя структура бюджета напоминает бюджет Советского Союза второй половины 70-х гг., когда расходы были серьезно перекошены в сторону социальных и военных. Эти две строки — крупнейшие и в современной России.

Государственная политика в ближайшее время вряд ли изменится. А объявленная программа приватизации не решит проблем. Ведь на продажу будут выставлены миноритарные пакеты акций. А сами сделки будут носить скорее фискальный характер, их главная цель — получить дополнительные доходы для бюджета, а не снизить долю государства в экономике.

Экономически мы снова приходим к советским временам: когда [Михаил] Горбачев пришел к власти, в стране были огромные резервы, низкий уровень долга и высокие цены на нефть. А через каких-то три-четыре года деньги кончились — и появился огромный внешний долг.

Российский бюджет все больше напоминает бюджет Советского Союза. Траты на социальные программы растут, а цена на нефть, при которой бюджет может быть сведен без дефицита, составляет уже $100 за баррель, хотя еще до 2007 г. она не превышала $20-30 за баррель.

Растущая зависимость бюджета от нефти делает увеличение налогов на бизнес практически неизбежным, а рост госрасходов разгоняет инфляцию. Эти факторы в сочетании с низким уровнем конкуренции, коррупцией и не до конца адекватной правовой системой ухудшают среду для ведения бизнеса в стране и перспективы экономического роста. В результате инвесторы выводят наличные активы на другие развивающиеся рынки, туда, где есть уверенность в большом потенциале роста.

[В России] по-прежнему верят, что государство способно правильно определять эффективные отрасли инвестиций и что госбанки бывают эффективнее частных. Крупные компании, связанные с государством, продолжают вытеснять частный бизнес с рынка.

Правительству стоит сменить приоритеты и сфокусироваться на усилении конкуренции. К сожалению, придется жертвовать интересами сегодняшнего дня, может быть, даже [повышением] пенсий. Если вы не способны создать работающую систему частных пенсионных фондов, вам приходится жертвовать текущим уровнем потребления. Рост инвестиций должен стать приоритетом, иначе Россия потеряет свое место в мире.